Джейн Фонда знает, как достичь цели

(Окончание. Начало и продолжение в номерах «МЭ»-»Суббота» за 22 апреля и 29 апреля)

Между семьей и карьерой

По официальным документам, Фонда имела все это: и семью, и карьеру. Однако ее попытка жонглировать семьей, карьерой и общественной активностью всегда кончалась несчастными случаями. Первой жертвой стала ее дочь Ванесса, которая уехала с Вадимом в тот момент, когда Джейн решила предпринять усиленную кампанию по борьбе за социально-политические права. Второй жертвой несчастного случая следует считать сам брак, когда она оформила развод с Вадимом после своего возвращения из поездки, активизировавшей сознание граждан США.

Фонда столкнулась приблизительно с таким же по напряженности и убедительности успехом, как большинство женщин, которые разрываются между своим родительским инстинктом и своей профессией. Но она сделала свою жизнь еще более сложной, добавив еще два направления: политическая активность и предпринимательский интерес.

Война во Вьетнаме, кажется, была главным препятствием в личной жизни Фонда. Она обрела политическую активность (в форме борьбы против войны) во время своей первой беременности. Это увлечение продолжилось благодаря возникшим романтическим отношениям с Томом Хайденом и рождению их сына, названного в честь ирландского мятежника Трой О’Донован Гаррити. Оставляя детей на попечении чужих людей и в школах-пансионатах, Джейн в это время путешествовала с Томом Хайденом, поддерживая все его общественно-политические сражения. Увлечение съемками кинофильмов оставалось по-прежнему серьезным, но не в такой степени, как международные поездки и борьба против существующей системы.

Еще дети ее не успели стать подростками, а Фонда уже занялась абсолютно новым делом: теперь в ее послужной список включились такие характеристики, как предприниматель клуба по совершенствованию форм тела, автор книг на ту же тему и импресарио видеокассет с упражнениями по аэробике. И что удивительно, почти в то же самое время она приступила к производству кинофильмов компании Ай-Пи-Си, пытаясь снимать там свои собственные кинофильмы. Броски Фонда между разноплановыми и многоцелевыми действиями были головокружительны. Другими словами, она снимала кинофильмы, была продюсером других кинокартин, проводила кампанию по выборам своего мужа в сенат Калифорнии и при этом начинала деятельность своей империи «оздоровления», одновременно пытаясь исполнять роли заботливой матери и любящей жены. С такой сумасшедшей нагрузкой трудно справиться без каких-либо потерь, что подтвердилось и в случае Фонда: ей не удавалось проводить столько времени и уделять своим детям столько заботы, как это могли себе позволить многие не работающие нигде мамочки. Удивительно, что она вообще имела время хоть на что-нибудь из такого лихорадочного списка. Конечно же, ей пришлось заплатить за все это очень дорого: значительное напряжение в браке и в семье. С Томом Хайденом она в конце концов развелась в 1989 году, когда дети уже достаточно подросли, чтобы ходить самостоятельно в школу.

Фонда была строптивой еще до того, как бунт разразился всерьез. Она говорила журналистке Гедде Гоппер в 1961 году, что брак уже давно «passe», и продолжала: «Мне кажется, что брак уходит из нашей жизни, становится устаревшим. Не думаю, что это естественно, когда двое людей клянутся быть вместе на всю оставшуюся жизнь». Затем она последовательно осуществила свои философские тезисы, вступив в сложные отношения с Роже Вадимом в Париже при его необычном стиле жизни. Только после того, как она забеременела, ее логические построения относительно жизненных ценностей стали менее иконоборческими. Фонда оставила Вадима в 1970 году, когда сподобилась услышать внутренний глас общественной активности. В 1971 году она встретила Хайдена, одного из известных членов Чикагской Семерки и соучредителей компании «Студенты за демократическое общество». 4 июля 1973 года у них родился любимый ребенок Трой О’Донован Гаррити, названный в честь ирландского героя, который также проявил себя героем и во Вьет-Конге. Трой как раз поступил в среднюю школу, когда они развелись, и Джейн дала ему обещание, что не выйдет больше ни за кого замуж, пока он не получит высшего образования. Она хранила свое обещание и отказалась выйти замуж за Теда Тернера, за самого Тернера, олицетворение славы и власти, до того как Трой дорастет до церемонии окончания школы, как доказательство ощущения вины за свое непростительно небрежное выполнение обязанностей матери.

После расставания с Хайденом Фонда ненадолго вступила в связь с молодым итальянским актером. Затем она стала искать расположения Тернера. Эти двое составляли интересную, если не сказать причудливую, пару, объединяющую уникальную смесь абсолютно тождественных семейных историй с диаметрально противоположными философскими мировоззрениями. Их политические, и философские предпочтения были настолько различны, что было просто чудом, что они умудряются каким-то образом оставаться вместе после любого мало-мальски значимого диалога.

По официальным документам, у Фонда была респектабельная личная жизнь, сопровождающаяся разносторонней профессиональной деятельностью. Остается неясным, насколько успешной была ее личная жизнь, даже если она добивалась выдающихся успехов в своей профессиональной сфере. Она признавалась в интервью «Vogue» в 1984 году: «В этом нужно быть честной до конца. Никакого другого пути не было, я не могла бы делать все, что делала, если бы не имела денег. Сейчас я могу себе позволить нанимать кого-то, чтобы он помогал мне с детьми, забирать их из школы, когда меня нет, готовить обед по вечерам». Фонда полагает, что такое может позволить себе каждый, только сначала нужно добиться серьезного успеха в жизни, достаточного для того, чтобы позволять себе такое.

Жизненные кризисы

Фонда провела все свое детство в постоянных переездах с одного побережья на другое, и это научило ее справляться с проблемами, возникающими из-за встреч с незнакомым или иностранным окружением. Ей приходилось обучаться в многочисленных школах «только для девочек», в которых судьба уготовила ей множество разнообразных возможностей выбора женских ролевых моделей в то время, когда она была еще подростком. Проживание в школах-пансионатах в Калифорнии, Коннектикуте и в окрестностях Нью-Йорка приучило ее к независимости и умению позаботиться о себе самой. Она постоянно боролась за любовь и привязанность отца, который всегда был эмоционально холоден, и матери, у которой случались беспрестанные эмоциональные срывы на протяжении всего детства Джейн. Даже будучи совсем малышкой, Леди Джейн вызывала у окружающих подсознательное стремление обращаться с ней, как с королевой. Друзья и родственники обожали ее, что подсознательно укрепляло ее уважение к себе. Такая последовательность постоянно отмечается в судьбах наиболее великих творческих мечтателей. Фонда признавалась в неприязни к своей матери, так как та «на самом деле совсем не любила ее». Из-за холодности ее отца и недостатка к ней любви матери Джейн изводила себя страстной устремленностью к сверхдостижениям.

Джейн было только одиннадцать лет, когда у ее матери возник очередной нервный срыв, в результате чего ее поместили в психиатрическую лечебницу, где она в конце концов убила себя. Этот кризис сформировал характер Фонда. Все случившееся поселило в ее душе ужасное чувство вины плюс ненасытное стремление к совершенствованию и необходимости сверхдостижения. Самые душераздирающие переживания были связаны с эпизодом в двенадцатилетнем возрасте, который вызвал у нее булимию. Ее мать прибыла домой из психиатрической лечебницы, очевидно, чтобы последний раз встретиться со своими детьми — Джейн и Питером. Джейн решила сыграть ужасную шутку со своей психически неуравновешенной матерью. Она взяла на себя роль зачинщицы и побудила Питера скрыться с нею на часок, в то время как ее отчаявшаяся мать напрасно взывала к ним. Когда медсестры говорили матери, что им необходимо уезжать, Фрэнсис сказала: «Еще нет. Я должна поговорить с нею». Больше часа обезумевшая мать выкрикивала ее имя, а затем оставила дом, решив никогда сюда не возвращаться. Два дня спустя, 14 апреля 1949 года, Фрэнсис Фонда перерезала себе горло бритвой. Джейн восприняла новость о смерти своей матери внешне без эмоций, в то время как Питер неудержимо разрыдался. Джейн таила свои чувства глубоко в душе, но чувствовала внутреннюю вину перед неизлечимо больной матерью, погибшей столь ужасно. Это, очевидно, и предуготовило длительные страдания Фонда от булимии. По словам подруги Джейн, Брук Говард, этот случай вызвал у Фонда многолетние кошмары. Брук говорила, что «дикий крик не прекращался в течение многих часов» каждый вечер в течение десяти лет.

Как уже говорилось, немногим позже смерти матери Питер предпринял попытку самоубийства и в течение четырех дней после выстрела был между жизнью и смертью. Возможно, что это случайное совпадение, но выстрел прозвучал салютом, отметившим первый день «медового месяца» его отца с Сьюзан Бланчард. Фонда боялась за жизнь Питера, но, в отличие от брата, была очень счастлива в связи с новым браком ее отца. Джейн и Питер были очень близки, но они существенно различались в отношениях к своим родителям. Питер позже как-то сказал: «Она пыталась любым путем добиться внимания нашего отца, любым способом, которым только можно было этого достигнуть: сбежать из Ваззара и вытворять всякие штуки вдали от присмотра в Париже, где, как предполагалось, она училась в художественной школе, а на самом деле бегала повсюду за самым модным среди местных киношников гулякой». Фонда так никогда и не освободилась полностью от чувства вины в смерти своей матери, и это подталкивало ее с какой-то одержимостью быть во всем безупречной. Создается впечатление, что ее ранние кризисы породили многое из того, что стало плодами ее более позднего творчества и вселило в нее неудержимое стремление быть во всем самой лучшей.

Строптивый новатор и успех

Поиски источника этой мятежности духа быстро приводят к войне во Вьетнаме. Но ведь она была не менее активна и в попытках решить в целом проблемы общественного неравенства американских индейцев, дискриминации черных, феминистских направлений и профсоюзных трудностей. Фонда принялась за пропаганду политической активности с тем же самым усердием, с каким она имела обыкновение браться за производство кинофильмов. Она использовала связи в средствах информации и личные финансовые сбережения для утверждения духа равенства и свободы. Она была единственным политическим активистом, у которого был свой собственный пресс-агент, с чьей помощью она обычно проводила пропагандистские кампании по темам, которые ее волновали.

Фонда решительно взялась снимать кинокартину «Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?» прежде всего потому, что это произведение было объявлено первым американским экзистенциалистским романом, и оценил его столь высоко такой авторитет, как Альбер Камю. Это было дополнительным свидетельством ее мировоззрения и мятежности характера. Самые большие завоевания Фонда и в бизнесе, и в искусстве были достигнуты в областях, к которым у нее было эмоциональное стремление и врожденное знание. Ее величайшие кинокартины были фильмами, которые она либо самостоятельно сняла, либо субсидировала: «Возвращение домой», «Китайский синдром», «От девяти до пяти», «У Золотого озера» и «Кукольный дом». Затем Фонда остановила свой выбор на видеобизнесе в сфере оздоровления и совершенствования организма, который тоже знала по собственному опыту и очень тепло к нему относилась. В этом предприятии она также добилась выдающихся успехов, хотя все эксперты дружно предсказывали ей полный провал. Оба предприятия обернулись сенсационной прибылью и художественным успехом.

Фонда заплатила ужасную цену за свое мятежное поведение. Она так описывает это:

«Меня преследовали. Мне угрожали. Мой банковский счет незаконно арестовывался ФБР даже без повестки в суд. В мой дом врывались, мой телефон прослушивался. Через некоторое время ФБР приносило свои извинения. Мои основные права были нарушены. Это было время, когда все кому не лень называли меня «скрипучей крикухой». Это было скрипучее время, и стоило использовать тактику, соответствующую этому времени» («Vogue», 1984).

Пытаясь облегчить вину и оправдать свою радиопередачу из Ханоя, Фонда согласилась на интервью «20/20» с Барбарой Уолтере 17 июня, 1988 года. Она рассказывала Барбаре: «Я пыталась покончить с убийством, покончить с войной, но иногда наступали моменты, когда я не думала и не беспокоилась об этом, и мне становилось очень жаль сознавать, что я причиняю вред им. И мне хочется принести извинения и им самим, и их семьям». Джейн продолжала говорить Барбаре Уолтерс: «Я начала с того, что ушла от либералов, а закончила тем, что стала радикалом», что, по ее заверениям, никогда не входило в ее намерения. Даже при всех этих условиях бунтарский характер способствовал развитию творческого гения Фонда. Она никогда не достигла бы того уровня, который сейчас занимает, без ее одержимого неповиновения системе.

Фонда приступила к предпринимательству, кинофильмам, социальной реформе и огромному количеству других вещей в жизни в стиле абсолютного неповиновения. Ее нонконформистский подход к бизнесу отчетливо виден по необычному выбору партнера для ее производственной компании Ай-Пи-Си. Она ткнула пальцем в Брюса Джилберта, чтобы он решал повседневные вопросы этого многомиллионного предприятия. Его послужной список включал работу в качестве одного из дневных служащих в школе Ванессы. Это была та самая способность «не знать» слишком много, которая придавала Джейн уникальность во многих подобных случаях, та самая способность, которая прокладывает путь к успеху самым творческим и предпринимательским гениям.

Краткие выводы

была изголодавшимся по любви ребенком, который использовал свою неблагонадежность, чтобы достигнуть огромных побед в разнообразных сферах деятельности — предпринимательстве, публикациях, упражнениях по аэробике и в кинопроизводстве. Дважды Академия присуждала ей титул лучшей актрисы года, на ее счету два «Оскара» из семи номинаций. Фонда развилась от радикала до магната за какое-нибудь короткое десятилетие. Выбор ее спутников жизни еще более парадоксален. Она расторгла брак с леворадикальным Томом Хайденом, одним из членов известной Чикагской Семерки, и вышла замуж за Теда Тернера, чрезвычайно консервативного капиталиста. Она вступила в жизнь как деликатная маленькая Леди Джейн, к двадцати годам развилась в Настырного Секс-Котенка Джейн, а затем стала ненавистной Джейн Ханоя к своему тридцатилетию. В середине жизни она стала Капиталисткой Джейн и теперь, судя по всему, ее готовы признать в ее пятьдесят как Гражданку Джейн.

Джейн Фонда могла бы быть великолепной женщиной Возрождения. Она выстроила завидную театральную карьеру и проявила способность к предпринимательской деятельности мирового класса. Неописуемая разносторонность ее интересов бросает вызов рассудочности, великолепный пример — когда эта сложная женщина подала в суд не на кого иного, как на правительство Соединенных Штатов, ФБР, президента Никсона и Конгресс. Она выставила иск этой престижной группе в 1973 году на 2,8 миллиона долларов, обвиняя их в физических и психологических издевательствах, и выиграла беспримерный процесс в мае 1979 года. Какое мужество! Фонда — бесстрашный борец с конкурентами, наделенный стремлением к безупречности и прометеевским духом, который изменил мир благодаря своей врожденной способности видеть возможности и условия для их использования в жизни. Она никогда не колебалась ставить на кон свое расположение или деньги за свои убеждения, и ее мужество сделало ее настоящей творческой мечтательницей.

Влияние Фонда длилось четыре десятилетия. Ее выбор времени был безупречен. Ее специфический гений в способности к самостоятельному перевоплощению образа от маленького «секс-котеночка» в пятидесятых до свободной одухотворенной актрисы в шестидесятых и, наконец, до мятежного политического активиста семидесятых годов. Затем в восьмидесятых Фонда вновь самостоятельно перевоплотилась в преобразователя индустрии видеобизнеса. Создается впечатление, что она теперь достаточно сбалансированна и может играть существенную роль в спасении мира вместе с ее экологически мыслящим мужем Тедом Тернером. Глобальное нагревание земного шара и неприкосновенность космоса — вот их сегодняшние заботы. Несомненно, она будет доказывать, привлекая всеобщее внимание к экологии, с тем же азартом, на который была всегда способна в прошлом. Важен не результат, Джейн Фонда стремится пробудить нашу заинтересованность, обеспокоить наши сердца. Возможно, ее гений таится в уникальной способности вызывать наибольшее восхищение и ненависть женщин в одно и то же время; быть самой идеальной и самой оскорбительной актрисой; а еще быть одной из самых успешных деловых предпринимательниц, критикующей капитализм. Разумеется, она — выдающийся новатор, и это видно по всем главным показателям, которые квалифицируют ее как одного из незаурядных творческих гениев нашего времени.

Подготовил Винсент ВЕГА.

Источник информации: «МЭ Суббота», 06.05.00

Оставьте Отзыв

Your email address will not be published. Required fields are marked *