Светлые тона Эдуарда Конта

Известный из Кохтла-Ярве в прошлом году отметил 40-летие. Возраст зрелый, но Эдуарду свойственна детская непосредственность и открытость, кажется, что в душе он до сих пор беспечный ребенок. Эдуард по гороскопу Лев, и он в действительности массивный и большой, как царь зверей, но в общении больше напоминает сенбернара.

Живет в душе прошлое

Рисовать начал еще в школе и получал за свои рисунки «двойки», потому что учительница не верила, что он выполнил их сам, а не срисовал с репродукции. Приходилось рисовать в присутствии учительницы, чтобы доказать свое умение. После этого «двойки» уже не ставили, но запрягали выпускать стенгазету. В армии старался свои художественные способности не показывать. А потом — служба в Афганистане, и там было уже не до рисования…

— Мы были одни из первых, кто попал в это пекло, и родители даже не знали, где мы находимся. Письма слали в пресловутый «почтовый ящик». Писать о своем местонахождении запрещалось, и мне еле удалось провезти на дембель несколько «афганских» фотографий, подложив их под безобидные портреты на безликом фоне. Правда, качество их ужасное, поскольку местное солнце палило нещадно, и химикаты в ванночках кипели, портя снимки. Да что рассказывать, про Афган уже так много рассказано. И так много забыто! — говорит Эдуард.

Однако сам он не забыл тех событий, написав несколько полотен о войне в Афганистане. Одно называется «Первые погибшие».

В памяти художника запечатлелась картинка: грузовик, кузов которого укрыт кумачовым полотном, и установленные на нем гробы. Прощание. Тогда молодые солдатики, глядя на своих мертвых ровесников, осознали, что это война… До этого момента все было вроде игры. Незнакомая страна. Непривычный климат. Неописуемые горные пейзажи. Просто — «Клуб кинопутешествий»… Но радужные тона стерлись, потянулись черно-серые солдатские будни с кровавой краской пополам.

Вернувшись с войны, Эдуард вновь взялся за кисть. Пробовал искать свой стиль, рисовал в разных манерах. Понемногу учился у профессиональных художников, изучал различные художественные школы. Человек, видевший смерть, ценит жизнь гораздо выше. Наверняка Эдуард вернулся с войны другим человеком, испытав душевный перелом. Но его картины дают ощущение, что писал их неозлобившийся человек, любящий наблюдать за людьми и умеющий разглядеть необычное в обычном, на первый взгляд, пейзаже.

Был Эдуард и в Армении на ликвидации последствий землетрясения. Его армейский товарищ Игорь Федоров, услышав о трагедии, стал собирать добровольцев среди «афганцев». Пожалуй, тут сыграло роль не только желание помочь пострадавшим. Но и тоска по спаянному коллективу, который зачастую образовывается в экстремальных ситуациях, ведь разные, на первый взгляд, люди сплачиваются во время общего преодоления трудностей.

Старой доброй Эстонии посвящается

Сейчас Эдуард Конт, увлекшись эпохой старой доброй Эстонии, создал внушительную серию полотен, изображающих «пивные» пейзажи. Специально ездил на Сааремаа, уговорил островного пивовара показать, как тот варит ячменный напиток дедовским способом, и отобразил это действо на холсте.

Выполнил также ряд портретов эстонских «пивников» в национальных харчевнях — веселье простого народа, пенящееся пиво и нехитрая закусь. Серия постоянно пополняется. На многих пивзаводах Эстонии висят его картины из пивной серии. Будучи как-то в гостях у Конта, я застал его за работой над незаконченной картиной, на которой опять-таки был изображен «пивник». Разговаривая со мной, художник несколькими взмахами кисти оживил кружку в руках располневшего хозяина мызы — она смачно засияла и аппетитно наполнилась пивом. Правда, если взять в расчет временные рамки, пивная кружка должна быть деревянной, но Эдуард считает, что художник не должен следовать точности деталей и имеет право на вымысел или домысел. Поэтому на старинных пейзажах рисует современные кружки из толстого стекла. «Согласись, в тусклом деревянном сосуде не изобразишь пиво так сочно», — обосновывает он свои художественные вольности над исторической дотошностью.

Его картины похищали

Каждый творческий человек в меру или не в меру тщеславен, и жажда признания никому не чужда. Эдуард Конт смог потешить свое тщеславие при курьезных обстоятельствах. Однажды с персональной выставки в Таллинне были похищены два его полотна.

Художника огорчил лишь факт, что украденные картины предварительно были уже проданы, а деньги потрачены. Поэтому ему пришлось израсходовать много времени, чтобы написать новые картины, дабы вернуть утерянное частному владельцу. Вспоминается случай, когда с выставки работ группы живописцев была похищена картина одного художника, который после этого неделю ходил гордый: не на чье-нибудь, а именно на его произведение позарились злоумышленники, и может, толкнули его за бугор по баснословной цене, и теперь оно хранится в сейфах тайного коллекционера. Потом оказалось, что украли картину из-за золоченой рамы, сам же холст был найден в мусорном баке…

В случае с Контом, конечно, было иначе: за раму много не выручишь, а картины художника ценятся довольно дорого.

Есть версия, что картины из «пивной» серии Эдуарда Конта, на которых изображены «пивники» старой Германии в национальных костюмах с запотевшими от холодного ячменного напитка кружками, похищены для коллекции каким-нибудь любителем пива.

Чужую боль — как свою

Очень болезненно, как личное горе, воспринимает Конт чужие трагедии, пропускает боль сквозь себя. Он признался, что когда писал картину в память о гибели парома «Эстония», погибшие приходили к нему по ночам и разговаривали с ним. Чтобы написать огромный и величественный триптих «Гибель парома «Эстония», Эдуарду пришлось продать свою старенькую машину, потому что себестоимость картин высока, холсты и масляные краски весьма дороги, а мазки у него щедрые, потому картины выглядят очень емкими и эффектными. Триптих Конта о трагедии на Балтике: две боковые части работы отображают скорбящих на берегу по обе стороны водной стихии, а центральная часть картины — души погибших взмывают ввысь из бушующих волн.

…Несмотря на то, что он по художественной манере один из самых узнаваемых мастеров, Эдуард Конт по-прежнему в поиске своего стиля. Картины этого самобытного художника проникнуты душевностью, искренностью и настроением. И они удивительно светлые, независимо от того, что изображает картина, — веселый праздник или мрачное событие.

У Эдуарда Конта растут две дочери, которые также рисуют, и весьма неплохо. Иногда даже, окинув свежим взглядом будущую картину отца, делают полезные замечания.

Мы беседуем долго, и младшенькая Эля, милое создание тринадцати лет, крутится тут же, потом приносит альбом со своими работами. Что же, возможно, какое-то время спустя придется писать о персональной выставке Элины Конт.

Рауль РАТМАН

Источник информации: «Молодежь Эстонии» — «МЭ» Суббота»

Оставьте Отзыв

Your email address will not be published. Required fields are marked *