Люхике-ялг

«Настоящее — это суммарно взятое прошлое».
Вячеслав Иванов, поэт.

Прошло всего три года с того дня, как по тропинке, что вилась на месте современной улицы Рюйтли вдоль крутого восточного склона Тоомпеа, проскакали всадники в белых плащах с красными крестами. И вот летом 1230 года, когда рыцари-меченосцы, а это о них речь, изгнав датчан, укрепились в Ревеле, прибыли сюда из города Висбю, что на острове Готланд, немецкие купцы и ремесленники. Отслужили благодарственный молебен своему покровителю святому Николаю и поблизости от торговой площади под защитой крепости на горе основали свое поселение. Нет сомнения, прежде всего они построили церковь и крутую пешеходную дорожку на Тоомпеа, чтобы в случае военной опасности можно было укрыться за крепкими стенами замка.

Так появилась на карте города улица Люхике-ялг. Впрочем, как ее называли в ХIII столетии, неизвестно, но думается, что впервые упомянутое в документах Brevis mons и все последующие наименования, такие, как немецкое Kurzer Domberg, имели одно значение — «короткая гора» или «короткая Домская гора» и были в ходу задолго до письменного упоминания.

Прошло не так уж много времени, и жители поселка купцов и ремесленников, да и всего Нижнего города пожалели о том, что проложили эту тропинку на Тоомпеа. Пожалели, так как опасность исходила не только от внешних врагов, но и от феодалов Вышгорода. Вещественные тому подтверждения — надвратные башни — внизу перед подъемом Пикк-ялг, о котором уже шла речь в одной из предыдущих статей, и наверху улицы Люхике-ялг. Достаточно сегодня не полениться подняться по одному из этих подъемов и посмотреть на устройство надвратной башни, и будет совершенно ясно: кто нападал и кто защищался, откуда и кому исходила угроза. Сохранившаяся тяжелая дубовая дверь в надвратной башне Люхике-ялг усеяна множеством кованых металлических заклепок, широкие шляпки которых обращены к Верхнему городу, а крепкий старинный замок с другой стороны. Когда-то башня имела две такие двери и кованую металлическую решетку, которую стража опускала на ночь. Не зря же крепостную стену, построенную вдоль подъема Пикк-ялг, в городе называли «стеной недоверия».

Исследователь таллиннских городских укреплений Рейн Цобель считал, что каменная надвратная башня на Люхике-ялг была построена в 1454 году на месте более старого укрепленного прохода наверху подъема. Вход в четырехэтажную башню был со стороны Сада датского короля. Ярусы соединяла каменная винтовая лестница. На первом ярусе находилось помещение арсенала, но попасть туда можно было только со второго этажа, где в полу был люк, через который опускали вниз боеприпасы, а в мирное время и узников. Здесь же, на втором этаже, находилось приспособление для подъема и спуска металлической решетки дверей башни. Третий этаж предназначался для гарнизона, а четвертый был боевым и имел бойницы для пушек и аркебуз.

Известен и строитель башни — каменщик Ханс Котке. Он же руководил работами по сооружению крепостной стены вдоль подъема между надвратными башнями на Пикк и Люхике-ялг. Стена была с амбразурами, обращенными в сторону Вышгорода. Однако строительство стены было необходимо не только для защиты Нижнего города, но и для обеспечения безопасного движения по Пикк-ялг, так как со стороны города был обрыв, и не раз, особенно в зимнюю пору, тяжело груженные возы срывались со скользкой крутой дороги во дворы домов на улице Рюйтли, да и для пешеходов эта дорога была весьма опасной. Известно, что среди доводов о необходимости открытия школы в Нижнем городе был и такой: для учеников школы опасна зимняя дорога на Тоомпеа.

Сама же башня Люхике-ялг позволяла держать под наблюдением, а при необходимости и под обстрелом любое движение по Пикк-ялг и обеспечивала фланговый огонь вдоль юго-западного участка внешней городской стены. Во время Ливонской войны этот район обороны города подвергался наиболее интенсивному обстрелу осадными орудиями войск Ивана Грозного. Среди других башен пострадала и Люхике-ялг.

К середине ХVIII столетия Ревель стал глубокой провинцией Российской империи, а надвратная башня Люхике-ялг, в свою очередь, оказалась в глубине его оборонительных сооружений, сгладились в условиях одного правового поля противоречия Тоомпеа и Нижнего города, и, естественно, башня, потеряв всякое военное значение, стала постепенно ветшать и разрушаться. В 1768 году сломали винтовую лестницу, пробили в стене отверствия для новой входной двери и семи окон. Вместе с примыкавшим хозяйственным зданием башню приспособили под жилье.

В отличие от двух других подъемов — ул. Тоомпеа и Пикк-ялг — здесь всегда жили люди. Разные люди. Осенью 1632 года по пути в Россию и Персию в Ревеле надолго задержалось посольство герцога Фридриха Гольштинского, в составе которого среди других были секретарь и переводчик Адам Олеарий, юрист Крузиус и врач Пауль Флеминг. Последний остановился у купца Нейхаузена, дом которого находился на Люхике-ялг, наверху, у самой надвратной башни. Врач Флеминг не только лечил, но и писал хорошие стихи. Новый, 1633 год члены посольства встречали в Ревеле. На родине, в Германии, шла нескончаемая тридцатилетняя война, и, мечтая о мире, Пауль Флеминг в «Новогодней оде 1633 года» устами бога войны Марса говорит:

Каску грозную свою
Певчим птицам отдаю,
Чтоб в канун весенних дней
Птицы гнезда вили в ней,
А кольчуги и клинки
Вам сгодятся, мужики,
Из клинков да из кольчуг
Будет лемех вам и плуг.

Пауль Флеминг мечтал вернуться в наш город и жениться на дочери своего доброго хозяина на ревельской улице Люхике-ялг, но смерть неожиданно унесла жизнь молодого поэта, а его стихи увидели свет в 1641 году, уже после смерти Флеминга.

Более двух столетий жили в башне люди. После проведенной в 80-е годы минувшего, ХХ века реставрации башня Люхике-ялг обрела свой первоначальный внешний облик. Изменилась за эти годы и сама улица-лестница. Еще относительно недавно запущенная, с давно не крашенными домами, выщербленными ступенями и покосившимися перилами, с открытым проходным подъездом, через который можно было попасть на Пикк-ялг, сегодня улица вычищена и выкрашена, а дома вдоль подъема отремонтированы по евронормам. Если раньше здесь были только жилые дома с неблагоустроенными квартирами и сама улица служила проходом на Тоомпеа, излюбленным местом многочисленных туристов, особенно фотолюбителей, то сегодня Люхике-ялг вполне деловая улица с музеем, художественными галереями, магазинами, пивным баром и, конечно, конторами.

Внизу, в доме на углу улиц Рюйтли и Люхике-ялг, уже с 1541 года жили люди. В 80-е годы ХХ века старинное здание было отреставрировано в стиле барокко, и в 1983 году в нем открыли музей выдающегося эстонского живописца и прикладника Адамсона-Эрика, который с одинаковым мастерством творил во всех видах изобразительного искусства. Здесь экспонированы картины, изделия из кожи и металла, роспись по фарфору, мебель, ковры. Красочные, жизнерадостные произведения Адамсона-Эрика выставлены на двух этажах этого необычного музея одного мастера.

За воротами, что ведут в Сад датского короля, пивной бар «Кунинга-ялг». В «Королевской ноге» не был, закуска к пиву за 80 крон мне явно не по карману. Когда-то на месте бара были сараи для дров горожан, живших в башне Люхике-ялг, вход в которую напротив. После реставрации в ней находятся небольшой зал и репетиционные помещения ансамбля «Хортус Музикус» и камерного хора филармонии. Сегодня здесь живет прекрасная музыка, которая несет людям добро. Некоторое время назад на наружной стене кто-то от руки написал немного искаженные, но все равно мудрые, слова из Евангелия от Матфея (7.12): «Поступай с людьми так, как хочешь, чтобы они поступили с тобой».

Когда-то замечательный русский писатель Даниил Гранин сказал: «Старина необходима современному человеку не только ради украшения жизни… в ней еще есть какой-то необходимый нравственный витамин». Древняя улица Люхике-ялг тому подтверждение.

Лев Лившиц

Источник информации: газета «Молодежь Эстонии», 03.12.2002

Оставьте Отзыв

Your email address will not be published. Required fields are marked *