Творенье хитроумного Вобана

«Крепость — сооружение, создаваемое
как для обороны, так и для содержания города
в послушании».

Находка на бульваре Каарли подземного хода между равелином Висмари и редутом Де ла Гарди вызвала большой интерес, и, пожалуй, сегодня стоит вспомнить имя человека, разработавшего систему оборонительных сооружений ХVII столетия большинства городов Европы.

Его звали Себастьен Ле Претер де Вобан. Он родился 370 лет назад — 1 мая 1633 года в бедной дворянской семье в небольшом французском городке Сен-Леже-де-Фушере на юге Франции. В 1651 году поступил на королевскую службу и в 1655-м получил диплом военного инженера. Долгое время работал под руководством генерального комиссара фортификации, профессора математики и инженера Клервилля, а после его смерти был назначен на эту должность.

В ХV — ХVII столетиях шли беспрерывные войны. Все мощнее становились пушки, все беззащитнее каменные оборонительные стены и башни городов и крепостей. Нужно было переходить к более надежным укреплениям, и во второй половине ХVII века во всех странах Европы перед старыми стенами стали появляться сложные системы земляных бастионов, равелинов и редутов. Теорию строительства сооружений разработал королевский генеральный комиссар фортификации де Вобан, назвав главный труд своей жизни в духе галантного и кровавого ХVII века — «Досуги господина де Вобана». Трактат состоял из пяти книг, в которых автор последовательно излагал методы проектирования и строительства городов-крепостей. Основа этой системы — земляные бастионы, равелины, редуты, объединенные в оборонительный комплекс и охватывающие весь защищаемый город.

Однако генеральный комиссар фортификации отнюдь не был просто инженером. Он не только разрабатывал проекты крепостей, консультировал и наблюдал за их строительством, но и неоднократно участвовал в войнах, которые вела Франция короля Людовика ХIV. Участвовал в 53 походах, 104 боях, руководил взятием 53 крепостей и разработал в 1673 году методы их осады, которые применялись вплоть до ХХ столетия. Итог его деятельности поистине грандиозен: он руководил созданием укреплений свыше 100 городов, построил около 50 городов-крепостей и перестроил почти три сотни старых цитаделей; был одним из основоположников минноподрывного дела, создал впервые саперные и минные подразделения, положил начало корпусу военных инженеров. В 1703 году за свои многочисленные военные заслуги Вобан был произведен Людовиком ХIV в маршалы Франции. Кроме того, Вобан участвовал в проектировании и строительстве крупнейшего гидротехнического сооружения ХVII века — Лангедокского канала, соединившего Средиземное море с Атлантическим океаном. На все эти войны, крепости и каналы требовалось немало денег, и Вобан, на свою беду, в 1707 году написал книгу, в которой предлагал обложить податью всех подданных без различия сословий, чем навлек на себя гнев Людовика ХIV и двора; книга была конфискована и сожжена, а сам Вобан впал в немилость короля и в том же году умер.

Систему маршала Вобана использовали шведские фортификаторы Эссен и Дальберг при проектировании в 80-е годы ХVII столетия оборонительного пояса вокруг всего Таллинна. Осуществление этого грандиозного проекта делало в то время город практически неприступным. 5 января 1686 г. король Швеции Карл ХI утвердил генеральный план строительства вокруг Ревеля (так тогда называли Таллинн) системы укреплений. В состав проекта вошел и макет, выполненный с большой тщательностью. Муза истории Клио иногда преподносит удивительные подарки. Макет ХVII века сохранился до нашего времени, находится он в Стокгольме, а точная его копия — в Таллиннском городском музее, точнее — в башне Кик-ин-де-Кек. Уникальная возможность посмотреть на город с высоты. Таким он был 317 лет назад, в 1686 году. Спасибо Эрику Дальбергу.

На макете видны все одиннадцать запроектированных бастионов, Эстляндский, Готический, Финляндский и другие, видны все равелины и редуты. Однако к 1710 году успели построить только три бастиона: на северо-западном углу оборонительного пояса — Скооне (горка Раннавярава), на южной и юго-западной стороне — Ингерманландский (горка Харью) и Шведский (горка Линды); построили несколько равелинов и редутов, в том числе перед Шведским бастионом и Тоомпеа равелин Висмари и редут Де ла Гарди.

Удивительно, сколько труда потратило человечество на сооружение укреплений из дерева, земли, камня, металла, многие из которых так никогда и не понадобились. В полной мере это относится к таллиннским бастионам. Судите сами. Их строили десятки лет, но при первой же войне и осаде город сдался на милость победителей. Война была Северная, победитель — царь Петр, время — 29 сентября 1710 года. И с тех пор бастионы не у дел. Над их стенами растут деревья, амбразуры заложены, а на месте рва с мутной водой — уютный Хирвепарк, который так неожиданно гармонирует с серой громадой Шведского бастиона. Если встать напротив острого угла бастиона, этого грозного «утюга» из колотых гранитных валунов и плитняка, картина откроется впечатляющая. Пожалуй, лучше всего сказал о таких сооружениях Байрон:

Там был отменно крепкий бастион,
Как крепкий череп старого солдата.
Он пушками вгустую заряжен,
Изрезан весь ходами казематов,
Творенье хитроумного Вобана,
Стоял он безо всякого изъяна.

Один из таких ходов и был обнаружен строителями при строительстве здания на бульваре Каарли.

Лев Лившиц

Источник информации: газета «Молодежь Эстонии», 29.04.2003.

Оставьте Отзыв

Your email address will not be published. Required fields are marked *